Джон Стивенс секреты айкидо john Stevens The Secrets Of Aikido




страница1/4
Дата25.06.2016
Размер0.83 Mb.
  1   2   3   4




Джон Стивенс
СЕКРЕТЫ АЙКИДО



John Stevens
The Secrets Of Aikido

SHAMBHALA


Boston & London
1995

«София», 2001






Посвящается Риндзиро Сирате Сэнсэю (1912-1993),
который откровенно учил меня секретам Айкидо


СОДЕРЖАНИЕ

Предисловие
Часть первая. Вступление на Путь. Таинства Айкидо


Айкидо. Путь Гармонии

Кототама. Язык Богов

Ками. Божественная алхимия огня и воды

Ки. Вселенская энергия

Кокю. Дыхание жизни

Тинкон-Кисин. Успокоение духа, возвращение к истоку

Мисоги. Очищение тела и сознания

Рэй. Благодарность и уважение

Сангэн. Треугольник, Круг и Квадрат

Ма-ай. Правильное место

Тэнгу. Мастера-Учителя

Рю-о. Царь-Дракон

Масакацу Агацу Кацухаяби. Истинная Победа


Часть вторая. Продвижение по Пути. Практика Айкидо


Сюгё. Непрерывная тренировка

Шесть столпов

Сихо-нагэ: благодарность

Ирими: вхождение

Кайтэн: открыть и повернуть

Кокю: сила дыхания

Осаэ-вадза: твёрдый контроль

Усиро-вадза: шестое чувство

Риай: объединённая система


Приложение


КОТОТАМА. Секретные звуки Айкидо




Предисловие

Морихэй Уэсиба, Основатель Айкидо, однажды сказал группе своих старших учеников: «Приходите в додзё завтра в 5 часов утра, и я открою вам секреты Айкидо». На следующее утро ученики собрались в назначенный час. Они с нетерпением ожидали раскрытия секретов, которые сделают их такими же неуязвимыми, как мастер, позволят бросать по десять человек сразу и удерживать самого сильного противника одним пальцем. Морихэй усадил учеников и начал раскрывать секреты Айкидо.

Используя живой символизм, увлекательную аллегорию и свободные ассоциации, Морихэй более часа подробно рассказывал о сотворении Вселенной, о живительной силе духов-звуков, о неуловимой алхимии огня и воды, о необходимости успокоения своего духа и возвращении к Истоку, о трансформирующей природе очищения сознания и тела и других таинствах.

Неожиданно он мягко улыбнулся и закончил повествование такими словами: «Вот это и есть секреты Айкидо». Морихэй глубоко поклонился алтарю додзё, своим ученикам и быстро вышел из комнаты. Все ученики были озадачены словами Морихэй, а те, кто страстно желал научиться каким-нибудь удивительным трюкам или магическим формулам, обиженно возмущались: «Он не показал нам ни единой техники – абсолютно ничего конкретного!»

Но Морихэй сделал более, чем достаточно. Он раскрыл Айкидо не просто как систему бросков, замков и контролей, а как глубокое и чудесное прозрение. Если человек не в состоянии понять то, что лежит в основе Айкидо, говорил им Морихэй, техники никогда не станут живыми. Подобно многим выдающимся мастерам, Морихэй осветил лишь одну часть Истины, оставив ученикам возможность постичь суть Айкидо самостоятельно.

«Секреты Айкидо» – это исследование различных аспектов учения Морихэя, а также соотношения Айкидо с другими духовными и культурными традициями. В этой книге не много детальных описаний. Некоторые техники, конечно, показаны, но лишь для иллюстрации более глубоких внутренних принципов. Одно из значений слова Айкидо – «резонанс». И поэтому я надеюсь, что представленные здесь идеи сумеют затронуть определённые струны в сердцах моих читателей и вызвать отклик, который каждый читатель затем сможет выразить по-своему, основываясь уже на своём личном опыте. Айкидо в конечном счёте – это великая гармония созвучия уникальных индивидуальных тонов.

Я в высшей степени благодарен сыну Морихэя, Киссёмару Уэсибе, за его разрешение воспроизвести фотографии из коллекции семьи Уэсиба и процитировать выдержки из работ Морихэя. Хинэнобу Ходзуми, директор Бансёкан в Сэндае, любезно разрешил сделать несколько снимков в его прекрасном традиционном додзё в стиле синто. Хочу выразить искреннюю благодарность Алану Нагахисе из Охана Айкидо на Гавайях, который сделал множество моих фотографий, и Вальтеру фон Креннеру, который предоставил ряд фотографий Морихэя из своей личной коллекции. Я также хочу поблагодарить Тома Розенвейга, который предоставил несколько фотографий Морихэя, моих укэ на фотографиях (Хага Гриббена, Шина Коллина, Ёсукэ Ёсиду, Джорджа Дэлва и Роджера Квока) и тех, кто помогал нам с фотосъёмками (Джастина Лахарта, Пола Маклафлина и Кайли Фудзисуэ).


Часть первая
ВСТУПЛЕНИЕ НА ПУТЬ
Таинства Айкидо




АЙКИДО
Путь Гармонии


Айки, первая часть слова Айкидо, состоит из двух китайских иероглифов ай, который означает «встречаться, смешиваться, присоединяться, гармонизировать», и ки, слова со множеством значений, означающего в данном случае «дух» и «настроение». Айки всегда было центральной темой азиатской философии. Однако Морихэй объявил, что его интерпретация айки гораздо шире, чем интерпретации прошлого, и определил айки следующим образом:

Айки – это универсальный принцип, который сводит все вещи воедино; это оптимальный процесс объединения и гармонизации, происходящий во всех сферах, от бескрайнего Космоса до мельчайшего атома.


Айки – это великий замысел Космоса; это жизненная сила, которая связывает материальные и духовные аспекты творения. Айки – это поток природы.


Айки обозначает единство тела и духа и представляет собой проявление этой истины. Более того, айки даёт нам возможность привести к гармоничному единству небо, землю и человечество.


Айки означает «жить вместе в гармонии», в состоянии взаимного согласия. Айки – это высшая социальная добродетель. Это сила примирения, сила любви.
Айки в видении Морихэя очень близко понятиям западной философии integritas (целостность) и consonantia (гармония). Интеграция, объединение – тела и духа, себя и другого, человечества и природы, красоты и правды – это условие, к которому должны стремиться все люди. Единство – это также моральное состояние: тот, кто един, может действовать самым лучшим и самым честным образом.

Consonantia (по-гречески гармония) – это «соответствие одного другому». Мудрецы Запада также постигли гармонию сфер и процесс, в котором все элементы сами организуются в великое целое. Гиппократ писал: «Все вещи находятся во взаимном соответствии». На языке современной физики это звучит так: «Количество позитивной энергии во Вселенной в точности равно количеству негативной энергии; Вселенная представляет собой (и всегда представляла) совершенно уравновешенную энергетическую систему».

Интуитивное знание того, что «все вещи находятся во взаимном соответствии», было общим убеждением как на Востоке, так и на Западе. Трагическим образом, современная цивилизация была отравлена ошибочным утверждением, что жизнь – это всего лишь интенсивное соперничество между видами, в котором выживает только сильнейший. Бесспорно, жизнь – это всегда испытание, и люди, чтобы выжить, должны быть физически и ментально приспособленными (это одна из причин, почему мы занимаемся Айкидо). Однако пагубная точка зрения на наше существование как на постоянную битву с врагами, которых нужно либо покорять, либо полностью уничтожать, явилась прямой причиной эксплуатации и разрушения как человечества, так и окружающей среды, с такой силой проявившихся в девятнадцатом и двадцатом веках.

Упор на необходимость быть «победителем» любыми средствами и любой ценой по большей части уничтожил благородный идеал «спортивного мастерства» в современной атлетике. Морихэй писал: «Спорт в наши дни хорош только для физических упражнений – он не тренирует всего человека. С другой стороны, практика айки воспитывает отвагу, искренность, верность, великодушие и красоту, а также делает тело сильными здоровым». В традиционном Айкидо нет формальных соревнований, а поэтому нет «победителей» и «побеждённых». Многим людям очень сложно принять эту позицию. Даже некоторые из самых близких учеников Морихэя не соглашались с мастером по этому поводу. Они настаивали на организации определённого рода соревнований, которые проводились бы либо в форме турниров по Дзюдо, либо по бальной системе олимпийских состязаний.

Однако Морихэй до самого конца придерживался мнения, что айки – это сотрудничество. В каждом упражнении Айкидо партнёры по очереди становятся нападающими и защищающимися, победителями и побеждёнными. Таким образом, тренирующийся очень многому учится, на собственном опыте постигая обе стороны уравнения Айкидо. Посторонние наблюдатели (а иногда и сами ученики) часто замечают: «Техники Айкидо работают только в том случае, если твой партнёр сотрудничает с тобой». Это именно так. Риндзиро Сирата Сэнсэй объяснял айки так: «Живя в гармонии, давайте возьмёмся за руки и достигнем финишной черты вместе».



Айки, как средство исцеления, означает возвращение к жизни и прилив энергии. Лучшие доктора любых культур понимали, что правильный диагноз по большей части зависит от настроенности на пациента, позволяющей почувствовать, что на самом деле пациента беспокоит. Только после этого могло быть предложено соответствующее лекарство. (В старые времена в Японии определённый тип айки использовался для приведения в чувство людей, потерявших сознание в результате несчастного случая или комы.) Морихэй часто говорил о целительных восстанавливающих свойствах тренировок айки: «После хорошей работы у вас должно быть больше энергии, чем было в начале!»

Существует ещё одно значение айки, самое важное для истинной гармонии: совершенное единство мужчины и женщины, блаженное состояние полной физической и духовной близости. (В китайских трактатах, посвящённых сексу, термин айки использовался для обозначения наивысшего сексуального переживания.) Естественное и чистое объединение мужского и женского принципов лежит в основе всего творения. Не следует ошибочно принимать либидо за простое вожделение. Скорее его нужно принимать как искреннее стремление к интеграции и реализации. Мужчина и женщина остаются бесплодными до тех пор, пока не объединятся. Желание стать едиными, восстановить первичное единство – вот цель Айкидо (и всех остальных искусств).

Подобным же образом существует своего рода айки эмбриологии: идеальный ребёнок зачинается, когда оба родителя находятся в полной гармонии, поистине едины телом и душой. Если родители остаются в согласии в период беременности, то плод питается айки, качеством, которое бьётся в сердце матери и течёт в её крови.

Технически айки – это «совершенный тайминг». В додзё человек пытается плавно объединяться с атакующей силой, используя лишь необходимое количество движения, баланса и силы. В повседневной жизни человек старается как можно лучше приспособиться, реагируя на различные жизненные испытания с острым чувством айки.



До, вторая часть слова Айкидо, символизирует как отдельную «дорогу», по которой шагает человек, так и универсальный «путь» философских принципов. Те, кто идут дорогой Айкидо, носят специальную одежду, медитируют определённым образом и практикуют особый этикет. Это культурная дорога Айкидо – порядок действий, основанный на идеалах и классических техниках Основателя, Морихэя. Путь Айкидо включает в себя более широкий диапазон жизни. Он охватывает наше взаимодействие с другими людьми за пределами узкого мира додзё, наше отношение к обществу в целом, наше обращение с природой.

В этом смысле Айкидо – это Тантра, связывание вместе микро- и макрокосмосов. Основная истина Тантры: «Всё, что существует во Вселенной, существует в собственном теле человека. То, что здесь, – там. То, что не здесь, – нигде». В западном гностицизме это выражается так: «Когда вы сделаете верхнюю сторону как нижнюю сторону и когда вы сделаете мужское и женское одним… – тогда вы войдёте в Царствие» (Евангелие от Фомы). Или более кратко: «Как вверху, так и внизу». На языке Морихэя это звучит как варэ соку утю, «Я (мы) – Вселенная!» Совершенствуя своё тело и свою душу посредством практики Айкидо, приобретая реальную способность воспринимать и совершая реальные поступки, мы учимся жить космически.



Айкидо – это также Йога. Это «хомут», который объединяет нас и впрягает нас в высшие принципы. Восемь ответвлений классической Йоги параллельны учениям классического Айкидо Морихэя:



АЙ-КИ-ДО, "Путь Гармонии», надпись, сделанная Морихэем в возрасте восьмидесяти лет. Сама по себе каллиграфия является проявлением айки: уравновешенная, устойчивая и полная жизни и энергии.

Яма, «этика», основой которой является «ненасилие». По словам Морихэя: «Те, кто стремятся к соревнованию, делают серьёзную ошибку. Поскольку бить, ранить или разрушать – это наихудший грех, который только может совершить человек».


Нияма, «дисциплина». В Айкидо это называется танрэн (выковывание): «Цель тренировки заключается в том, чтобы укрепить слабые места, закалить тело и отшлифовать дух».

Асана, «изящные позы». Иногда тренирующимся полезно думать о движениях Айкидо не как о смертоносных техниках боевого искусства, а как об асанах, физических положениях тела, которые соединяют занимающегося с высшей истиной. Так же как асаны, техники Айкидо болезненны и сложны в начале, но постепенно они становятся более лёгкими, более устойчивыми и приятными. В Йоге говорят, что «асана становится совершенной, когда усилие исчезает» и «тот, кто овладевает асаной, покоряет три мира». Морихэй учил: «Гармонично взаимодействуя друг с другом, правое и левое порождают все техники. Четыре конечности тела – это четыре столпа небес».


Пранаяма, «контроль дыхания», необходима для того, чтобы присоединиться к дыханию Космоса: «Делайте вдох и стремительно взмывайте к самым пределам Вселенной; выдыхайте и возвращайте Космос опять внутрь себя. Затем вдыхайте всё плодородие земли. И наконец, объединяйте дыхание небес и дыхание земли со своим собственным, становясь самим Дыханием Жизни».


Пратьяхара – означает «свободу от замешательства», отход от беспорядка чувств, сознание, которое непоколебимо и спокойно. В отношении этого Морихэй наставлял так: «Не смотрите в глаза противнику: он может загипнотизировать вас. Не приковывайте свой взгляд к его мечу: он может напугать вас. Не фокусируйтесь на противнике вообще: он может поглотить вашу энергию».

Дхарана, «фиксирование сознания», ещё называют экаграта, «удержание одной точки». Это хорошо известная в кругах Айкидо концентрация: «Если вы отцентрированы, то можете двигаться свободно. Физический центр – ваш живот. Если ваше сознание будет пребывать там же, любые ваши устремления гарантированно увенчаются победой».


Дхьяна, «медитация». Это состояние глубокого проникновения в суть вещей и чистое, ничем не замутнённое видение: «Отбросьте ограничивающие мысли и вернитесь к истинной пустоте. Станьте в самом центре Великого Вакуума».


Самадхи, «полное слияние», идёт ещё дальше. В самадхи различие между познающим и познаваемым растворяется, это преображение, которое Морихэй выразил как «Я – Вселенная!» Сверхъестественные способности Морихэя имели своим источником всепоглощающее айки самадхи. Его эксцентричное поведение также было характерной чертой высшего уровня Йоги – своего рода божественное безумие, вышедшее за рамки времени и пространства. «Если вы не объединитесь с пустотой Чистого Вакуума, вы не найдёте дорогу айки».
Учение Морихэя было резюмировано во фразе Такэмусу айки. Такэ означает «мужество и отвагу»; оно представляет неукротимое и неудержимое мужество жить. Мусу символизирует рождение, рост, свершение, реализацию. Это созидательная сила Космоса, ответственная за производство всего, что питает жизнь. Такэмусу айки – это код к «самому смелому и самому созидательному существованию!»



Дээнский рисунок Кайдзана (начало XX века) хризантемы и орхидеи с надписью «Благородные мужи не дерутся». Хризантема и орхидея – это два из «Четырёх благородных мужей» (остальные двое – это слива и бамбук). То, что благовоспитанные люди воздерживаются от недостойных споров, – это конфуцианская идея. Дзэн и Айкидо подразумевают, что благородные люди не соревнуются и не испытывают зависти – каждый человек прекрасен по-своему. Морихэй всегда поощрял своих учеников взращивать благоуханный цветок своей уникальной внутренней красоты.




 1

 2

 3

 4

Риндзиро Сирата Сэнсэй демонстрирует тайминг айки: во время развития атаки, он реагирует подвижной стойкой айки (1); вместо того чтобы столкнуться с приближающейся силой, он плавно скользит мимо неё, направляя её сначала вверх, а затем вниз (2, 3); даже после того, как движение закончено, Сирата Сэнсэй сохраняет неуловимую связь со своим партнёром (4).






Идзанами (слева, поддерживающая луну) и Идзанаги (справа, поддерживающий солнце), два синтоистских бога творения. Этот рисунок взят из секретного свитка школы фехтования Синкагэ. В Айкидо также гармоничная работа Идзанами (матери) и Идзанаги (отца) символизирует взимодействующую природу Вселенной. Морихэй часто использовал в своём учении символы Идзанами и Идзанаги. «Идзанами – это женский, восприимчивый элемент, ассоциирующийся с водой, центробежной силой и правой стороной вещей; Идзанаги – это мужской, активный элемент, ассоциирующийся с огнём, центростремительной силой и левой стороной вещей». Морихэй надеялся, что каждая женщина осознаёт скрытый в ней потенциал богини сострадания, а каждый мужчина свой потенциал победоносного будды.






Идзанами и Идзанаги также известны как ваго но ками, боги гармонии, представляющие идеал истинной и плодотворной близости. Два божества стоят на острове Оногоро, название которого можно перевести как "двое влюблённых в сексуальных объятиях". Западным эквивалентом ваго но ками могут быть греческие божества Афродита и Арес, чья дочь Гармония соткала покров Вселенной.





Морихэй характеризовал Айкидо как «крест, простирающийся от небес до земли, объединяющий инь и ян, огонь и воду».
Надпись на рисунке дзэнского мастера Мамии Эсю (1871-1945) гласит: «Как только ты поймёшь это, всё будет в порядке!»


Такэмусу Айки, написанное
рукой Сираты Сэнсэя





Морихэй утверждал, что «айки – это любовь» и что с агрессией можно справиться улыбкой. Самая сложная задача для воина – обратить ужасающую ярость врага в безобидный смех.





Айки означает гармонию и слияние – тела и души, себя и другого, человечества и природы. При правильной практике в хорошем окружении айки становится неисчерпаемым источником энергии и любви.




Морихэй, издающий один из своих невероятных киай. Его мощные выкрики абсолютно выводили из равновесия оппонентов (а порой даже гасили свет в додзё). Иногда киай Морихэя был похож на ужасающий вопль баньши (баньши – привидение-плакальщик; дух, вопли которого предвещают смерть, – прим. перев.), а иногда на рёв урагана. Морихэй здесь также иллюстрирует принцип ямабико, отвечал на атаку немедленно и оглушительно, как горное эхо.

КОТОТАМА
Язык Богов


Кототама, «слово-дух», является японским термином, но существование первоначального языка, вызванного к жизни непосредственно богами творения, – это понятие, глубоко укоренившееся во всей мировой культуре. Fiat lux – «Да будет свет!» из Книги Бытия (1:3) – это кототама, в которой произнесение и действие одновременны. Имя Адам также кототама: А = подъём, восток; Д = спуск, запад; А = арктический, север; М = меридиан, юг. Это означает, что слово-дух Адама, первого человека, охватывает все четыре направления Вселенной.

Бог научил Адама истинному языку – каждый звук в точности соответствовал каждому предмету, – поэтому Адам мог давать имена и названия всем растениям и животным мира. (В средневековой Англии верили, что младенец мальчик при рождении издаёт крик «А, А», что означает «Адам», а младенцы девочки кричат «Э, Э», что подразумевает «Ева»). Древние пророки Израиля прекрасно осознавали огромную силу кототама: могучий боевой крик Иисуса Навина и его армии разрушил стены Иерихона (Нав. 6: 19). Некоторые иудейские каббалисты верили, что текст Торы настолько силён, что может наделить человека способностью создавать миры, поднимать мёртвых и другими чудесными способностями.

Мусульмане-суфии сочиняли мистические тексты, состоявшие исключительно из арабских кототама (схема Абджад (Abjad) – скрытый язык математической точности и эзотерического содержания). Также в исламе существует практика чтения вслух наизусть «Девяноста Девяти Имён Аллаха». Одно такое имя, например, Аль-Фатта, «Открыватель», – кототама, которая «открывает сердце человека и устраняет все преграды». Некоторые африканские племена, такие, как догоны, твёрдо верят в то, что речь сама по себе была первоначальным актом творения, они также считают фермерство, ткачество и занятия любовью выражениями этой речи.

На Западе самый выдающийся пример принципа кототама встречается в начале Евангелия от Иоанна: «В начале было слово». Слово Logos (лат. verbum) богато значениями: «порядок», «модель», «проект», «соотношение», «oratio» (речь и членораздельное произношение), «причина», «принцип», «гармония межу противниками». Logos также можно перевести как «совершенное созвучие», одновременное и гармоничное сочетание звуков. В этом случае гармония айки реализуется как звуки речи и музыки.

Звуки речи и музыки имеют целительный аспект, ещё одно расширение принципов айки. Греческий философ и математик Пифагор в своей академии поощрял изучение «музыки сфер», начиная и заканчивая занятия песнями, которые, по его убеждению, могли излечить ментальные и физические недуги его учеников. В английском языке также есть выражение для обозначения идеального состояния «a sound mind in a sound body» (русский эквивалент «в здоровом теле здоровый дух»; sound – это и «здоровый», и «звук» – прим. перев.), которое подразумевает, что «настроенность ведёт к целостности и силе». Хорошо известно, что растения чётко реагируют на музыкальные кототама – они расцветают, когда «слышат» индийские раги и европейскую классическую музыку, но вянут и умирают, если получают сильную дозу тяжёлого рока.

У индусов этот принцип выражался таким образом: «Что бы боги ни делали, они делают это посредством песни». (Коренные американцы верили в то же самое: «Великий Дух дал человечеству песни и барабанный бой, чтобы сохранять связь с Божественным Присутствием».) Звук, воплощённый в священном символе ОМ, даёт материи форму и целостность. Всё имеет свой голос. Творение идёт от неуловимого к явному посредством звука (нада). Вариации в концентрации и длине излучаемых атомами волн порождают то, что люди ощущают как свет, объём, структуру. (Или, как сказал бы квантовый физик: «Вся материя – это вибрации».) В буддийских сутрах, которые начинаются с заявления: «И таким образом я услышал», состояние нирваны иногда определяется как гармоничное слияние всех первичных звуков: «Когда Будда появился, все животные с восторгом затрубили, заржали и замычали; все птицы от счастья защебетали в унисон; украшения мелодично зазвенели все вместе; а все музыкальные инструменты зазвучали как один».

В древнем Тибете работа отождествлялась с песней. У тибетцев была определённая песня для каждого рода занятий – вспахивания, засевания, сбора урожая, молотьбы зерна, погрузки товара перед выездом на рынок, подсчёта прибыли, разбивания камней, дорожных работ, строительства домов, шитья, ткачества и так далее. Очень мало что делалось без животворного присутствия песни.

Морихэй сформулировал своё понимание кототама в контексте своей собственной культуры. Он глубоко изучал науку звука, преподававшуюся в буддийской школе Сингон и синтоитской секте Омото-кё. Онисабуро Дэгути, соучредитель Омото-кё, говорил Морихэю: «Каждый человек – это живой храм, миниатюрная Вселенная. Если ты хочешь узнать истину небес и земли и постичь великий замысел творения, изучи богов, которые живут внутри тебя. Если ты искренен в своём намерении и чист сердцем, то сможешь на самом деле услышать звуки, поддерживающие творение».

После многих лет интенсивного обучения Морихэй представил своим ученикам собственное видение кототама. «Большой Взрыв» в схеме Морихэя – это слог СУ. Это точка творения, центр всего существования. Обычно азиатская мысль высшим семя-звуком предполагает А, но в некоторых системах, таких, например, как система Морихэя, СУ является более подходящим кандидатом на эту роль, поскольку СУ представляет собственно акт дыхания, а не просто акт открывания рта, как А. (Даже в английском языке С произносится с большими затратами дыхания, чем А.) Морихэй следующим образом объяснял эволюцию Космоса:

Не было ни небес, ни Земли, ни Вселенной, только одно пустое пространство. В этой бескрайней пустоте неожиданно проявилась одна-единственная точка. Из этой точки спиралью вышли пар, дым и туман, образуя светящуюся сферу, и родилась кототама СУ. По мере того как СУ расширялась по кругу вверх и вниз, вправо и влево, начались природа и дыхание, чистые и незагрязнённые. Дыхание развилось в жизнь, и появился звук. СУ – это «Слово», упомянутое в христианской Библии.

В мифологии Синто СУ отождествляется с Амэ-но-минака-нуси-но-ками, "Богом-Правителем Священного Центра Небес». Из этой точки творения возникли две изначальные порождающие силы, именуемые в Синто таками-мусуби-но-ками и ками-но-мусуби-но-ками. В других системах эти две оси творения обозначаются такими терминами, как Шива-Шакти; ян-инь; огонь-вода; Отец-Небо – Мать-Земля; центробежная сила – центростремительная сила.

На микрокосмическом уровне Морихэй поместил СУ в центральной точке нашего существа. В утробе человеческая жизнь начинается с одной-единственной сферы, которая посредством взаимодействия двух порождающих сил проходит через все формы органической структуры, начиная с низшей (амёба) до высшей (мужчина или женщина). Это означает, что человек переживает опыт сознательного существования ещё в утробе – факт, который большинство людей забывает ко времени своего рождения.

По мере того как СУ продолжает расширяться, появляется кототама У. Одновременно У разворачивается в кототама Ю и МУ, а дальше расширяется в кототама А-О-У-Э-И. Ю означает «существует», «нечто», «да»; слог МУ означает «не существует», «ничто», «нет». Объединённые вместе, они произносятся как УМУ, японское слово, обозначающее «рождение». Отсюда следует, что для появления жизни необходимо объединение физического и духовного; существование – это баланс формы (тела) и пустоты (души). А-О-У-Э-И – это кототама, вдыхающие в мир жизнь. Символизм каждой кототама можно коротко представить следующим образом:

А распространяется вверх. Означает актуализацию от атама (головы) до аси (стоп). А – первый среди звуков, прародитель всех букв, сосредоточен вокруг рта и горла.


О движется вниз, и напряжение между ним и А создаёт физические формы. Поэтому О идентифицируется с внешней стороной вещей, «оболочкой». О сосредоточено возле сердца.
У возвращается к себе, рождая, двигая, позволяя людям обрести жизнь. (Занятно, что в английском языке гласный звук У также означает «начальную глубину», «источник бытия» и «секрет воспроизведения».) У рождается глубоко в животе. Э расширяется и становится каналами, оболочкой и конечностями жизни. Э распространяется по всему телу.И представляет собой жизненную силу. И мощно вибрирует и проецируется из тела наружу.

Из этих пяти гласных звуков возник весь остальной алфавит японского языка, вместе семьдесят пять звуков (расположенных в древнем порядке):



А

КА

СА

ТА

НА

ХА

МА

Я

РА

ВА

О

КО

СО

ТО

НО

ХО

МО

Ё

РО

(В)О

У

КУ

СУ

ЦУ

НУ

ФУ

МУ

Ю

РУ

(В)У

Э

КЭ

СЭ

ТЭ

НЭ

ХЭ

МЭ

(Й)Э

РЭ

(В)Э

И

КИ

СИ

ТИ

НИ

ХИ

МИ

(Й)И

РИ

(В)И










ГА

ДЗА

ДА

БА

ПА
















ГО

ДЗО

ДО

БО

ПО
















ГУ

ДЗУ

ДЗУ

БУ

ПУ
















ГЭ

ДЗЭ

ДЭ

БЭ

ПЭ
















ГИ

ДЗИ

ДЗИ

БИ

ПИ






Эти звуки формируются в котоба, слова, содержащие реальное значение, и котомукэ, успокаивающую речь, приносящую мир.

Каким образом Морихэй на практике применял науку кототама? Морихэй большую часть утра проводил в уединении, практикуя кототама СУ и слушая вибрации А-О-У-Э-И. Перед самой тренировкой Морихэй, чтобы подготовиться, обычно использовал кототама О. Произнесённый со всей концентрацией тела и духа, звук О становится резонансом великого вселенского замысла. Морихэй чувствовал, что О и другие кототама приводят в действие скрытые силы Вселенной и даже дают человеку контроль над богами. (Кототама О часто произносится во время обрядов Синто, чтобы призвать богов, а японские рыбаки и нырялыцицы распевают О-О-О-О для того, чтобы успокоить штормящее море.)

Поскольку Морихэй мог демонстрировать невероятные способности, можно предположить, что он действительно задевал своими кототама правильные струны. Но как ученикам использовать эти жизненно важные элементы культуры Айкидо? Хотя Морихэй постоянно говорил о кототама, это оставалось лишь его личной практикой. Он считал себя единственным в Японии, кто по-настоящему практикует кототама, и не давал никаких реальных инструкций. Кототама – это нечто такое, что каждый человек должен открыть для себя сам (см. Приложение 1, где описаны разнообразные кототама). При этом может быть использован любой язык, поскольку в каждом человеческом языке есть действенные слова-духи.

Некоторые люди, вероятно, не согласятся с последним утверждением (включая самого Морихэя, который унаследовал культурно обусловленное тщеславие Омото-кё и был уверен в том, что звук СУ встречается только в японском языке). Такого рода лингвистический провинциализм – «Наш язык самый лучший и самый прекрасный, с ним не сравнится ни один язык мира» – был (и по-прежнему остаётся) широко распространённым, но чем больше мы будем узнавать об универсальных аспектах слова-духа, тем сложнее будет серьёзно отстаивать такие близорукие взгляды. Когда я сталкиваюсь с аргументами лингвистических пуристов, я люблю рассказывать одну тибетскую сказку:

Набожная, но неграмотная старая крестьянка посвятила себя уходу за больными. Её молитвы, плохо произнесённые и грамматически неправильные, тем не менее, оказывали умиротворяющее воздействие на всех больных, о которых она заботилась. Многие люди говорили, что её молитвы полностью излечили их от болезней. Однажды старуху посетил её сын, проведший много лет в отдалённом монастыре и ставший невероятно учёным. Сын ужаснулся неправильной дикции и искажённому синтаксису своей матери и научил её правильной структуре предложений и стандартной пунктуации молитв. После того как он уехал назад в монастырь, старуха возобновила свою благотворительную деятельность. Она довольно неловко пыталась правильно выговаривать слова молитв, но вскоре обнаружила, что при этом их целительные свойства исчезли. Тогда она снова вернулась к своим старым грубым, но искренним молитвам, и её чудесные целительские способности вернулись.



Кототама – это не волшебная абракадабра и действует только тогда, когда ей сопутствуют искреннее отношение, подлинное сострадание и глубокая мудрость.

Ещё один важный аспект кототама – это киай, боевой крик Айкидо. На физическом уровне киай представляет собой воодушевляющий крик, исходящий из живота, отражающий гармонизацию тела и сознания. На духовном уровне киай – это побуждающая сила, придающая форму твёрдому намерению и полной концентрации. Внешний киай Морихэя внушал благоговейный ужас – его крики можно было услышать за милю, – в то время как его внутренний киай давал ему возможность нейтрализовать атаку ещё до того, как она начиналась. Даже когда Морихэй был уже при смерти, его киай всё равно оставался невероятно мощным. Несмотря на то что Морихай был настолько слаб из-за своей последней болезни, что его приходилось нести вверх по лестнице, как только он входил в храмовую комнату и начинал чувствовать божественное присутствие, он гордо выпрямлялся во весь рост, расставлял руки в стороны и отбрасывал помогавших ему передвигаться учеников.



Киай составляет сущность всех японских искусств. Говорят, что мастер чайной церемонии Рикю настолько переполнялся киай во время церемонии, что даже самый искусный самурай не мог почувствовать у Рикю ни одного открытого для атаки места. Знатоки суси настаивают на том, что могут почувствовать, какой на вкус будет сырая рыба с рисом, по качеству киай в приветствии «Добро пожаловать», которое выкрикивает шеф-повар, когда клиент заходит в магазин. Коротко говоря, киай – это кототама энергии жизни.

Воплощение кототама на техническом уровне называется ямабико, «горное эхо». Морихэй часто представлял своё учение в форме поэзии стиля вака, которая является ещё одной разновидностью кототама (можно проследить параллель в латинском cantare, означающем как «песню», так и «заклинание»). Относительно ямабико Морихэй пел:



Объедини себя

С небом и землёй;

Стань в самом центре

С сердцем, воспринимающим

Поток горного эха.
Подобно тому как горное эхо вбирает в себя любой звук любого языка, произнесённый каким угодно образом, так же и техники Айкидо, выполненные на высшем уровне, дают человеку возможность среагировать, вобрать в себя и обратить вспять любой вызов, независимо от обстоятельств.


Христос, Царь Небесный, держащий в руках Книгу Жизни с кототама Альфа-Омега – это христианский эквивалент санскритского ОМ и японского А-УН. В японской теории кототама имя Христа произносится как Ки-ри-су-то, «Тот, кто полностью отсёк все связи» с мирской жизнью.





Изображение бога-защитника Фудо Мё-о, сформированное санскритскими семенами-слогами. Это потрясающее отображение основной посылки вероучения кототама: само наше существо вибрирует священными тонами, и вся материя оживает посредством звука.





Аматэрасу появляется из пещеры и снова заливает Космос светом. Морихэй часто использовал символизм этой важной мифологической сказки Синто (Кодзики 17). Ужасно оскорблённая импульсивным и грубым поведением своего брата Сусано-о, Аматэрасу, Богиня Солнца, затворилась в пещере, тем самым ввергнув небеса в непроницаемую темноту. Остальные боги в глубоком ужасе собрались вместе в попытке выманить Аматэрасу назад в мир. Амэ-но-Удзумэ, которая была столь же чувственна, сколь сильна и яростна, начала петь и танцевать на большом барабане. Когда она стала срывать с себя одежду (не показано на этом сдержанном рисунке), собравшиеся боги разразились радостным смехом. Аматэрасу, которая до этого презрительно отвергала все молитвы с просьбой вернуться, воскликнула: «Я никогда не слышала таких чудесных звуков». Как только Аматэрасу выглянула из пещеры, Амэ-но-Удзумэ (притворно) сообщила ей, что причина такого взрыва радости в том, что нашлась богиня более прекрасная, чем Аматэрасу. При этом Амэ-но-Удзумэ выставила перед Аматэрасу зеркало. Как только удивлённая Богиня Солнца высунулась чуть больше из пещеры, Амэ-но-Тадзикара-о отодвинул огромный камень, закрывавший вход в пещеру и вытащил её наружу. Мир засиял, боги возрадовались, и Аматэрасу согласилась остаться.
Синтоистские учёные придавали большое значение тому факту, что именно смех выманил Аматэрасу из укрытия. Не тёмные заклинания, а смех оказался самой сильной из всех кототама, и с этим мнением Морихэй был определённо согласен. Морихэй считал себя воплощением Амэ-но-Тадзикара-о, синтоистского Геркулеса, святого покровителя борцов сумо и других сильных мужчин. Морихэй часто описывал создание Айкидо как «второе открытие каменной двери». Перед тренировкой Морихэй часто исполнял танец кагура с дзё, или веером, подражая воодушевляющему исполнению Амэ-но-Удзумэ, рассеявшему мировую тьму.





Схематическое изображение творения кототама. Семя-слог СУ У одновременно разворачивается в У-У-У-Ю-МУ и А-О-У-Э-И. Точка в центре представляет принцип Огня-Отца-Ян, а внешний круг обозначает принцип Воды-Матери-Инь.





Вариация схемы кототама: А-О и Э-И расширяются из центра, создавая напряжение, которое вызывает к жизни мир. Это расширение также порождает восемь сил айки: движение-неподвижность, освобождение-закрепощение, сокращение-расширение, объединение-разделение.





Вибрирующие священные слоги санскритского языка, представленные в форме космической змеи. Динамическая сила такой кототама поддерживает творение и приводит в действие все формы жизни.





Морихэй, произносящий, кототама О перед тренировкой. В этом случае Морихэй делает своим веером спиральные движения вверх и вниз, вправо и влево, произнося кототама на одной растянутой ноте. Он помещает свою левую руку на центральной точке своего тела, в том месте, где в человеке сосредоточено космическое семя-звук СУ. Эта практика, как говорил Морихэй, «зажигает кровь и создаёт свет, тепло и энергию»


  1   2   3   4


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница