Черноземова Е. Н. История английской литературы: Планы. Разработки. Материалы. Задания. 2-е изд., испр




страница16/19
Дата26.02.2016
Размер2.79 Mb.
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19

Тема V. Стремление к земной славе как магистральный сюжет. «Честь» и «слава» как ключевые слова (Сост. М. Славина)

I. Англосаксонский эпос «Беовульф»

1. С чем сопрягали понятия доблести и чести сказители эпосов, в чем видели пути их обретения?

Истинно! исстари

слово мы слышим

О доблести данов,

о конунгах датских,

Чья слава в битвах

была добыта!

С. 29.


2. Мог ли добестный воитель или повелитель быть жад­ным?

С детства наследник

добром и дарами

Дружбу дружины

должен стежать,

Дабы, когда возмужает,

соратники

Стали с ним о бок,

верные долгу,

Если случится война,—

ибо мужу

Должно достойным

делом в народе

Славу снискать!

С. 30.

3. Можно ли быть доблестным и честным, не зная Бога и его заповедей?



Был им неведом

Судья Деяний,

Даритель Славы,

Правитель Неба,

не знали Бога,

не чтили Всевышнего.

С 37.

4. Что означало «быть мудрым»? Что допускалось и чего не допускалось при обретении воинской славы? В чем отличие во­енной хитрости от коварства?



Но я обязан

узнать немедля

Ваш род и племя,

дабы вошли вы

В пределы датские

не как лазутчики.

С. 41.

5. Какие существовали способы выражения почестей и бла­годарности славному защитнику и победителю?



они возглашали:

Да славится Беовульф

под этим небом! —

Нет другого от моря до моря

На юг и на север

земли срединной,

Кто бы сравнился

с ним в добродоблести,

Кто был бы достойней

воестаршинствовать!

С. 69-70.

Владей, о Беовульф,

себе на радость,

Воитель сильный,

дарами нашими —

Кольцом и запястьями,

и пусть сопутствует

Тебе удача!

Гордись же, воин,

Славой и мощью

и будь наставником

Этих юных.

Не я прославляю —

Ты сам прославил

себя среди смертных

Вовек и повсюду,

вплоть до границы

Суши и моря!

С. 85-86.

Корабельного Беовульф

одарил корпульщика

Золоченым мечом,

дабы этим отличием,

Древним лезвием,

страж гордился

В застольях бражных.

С.119.

Оффа славился



и победами ратными,

и подарками щедрыми

копьеносцам-дружинникам,

и в державе своей

мудровластием;

и таким же, как он,

был внук Гармунда,

родич Хеминга,

в битвах яростный Эомер,

покровитель воителей.

С. 121-122.

Пер. В. Тихомирова. — М., 1975.


II. Кретьен де Труа. «Роман о Тристане и Изольде»

1. Как меняется наполнение понятий чести и доблести в куртуазную эпоху?

Уедем же отсюда в Галлию, ко двору короля Фарамона. Там по­служите вы ему и поучитесь придворному вежеству и учтивости, как то пристало всякому благородному отроку. И когда по воле господ­ней примете вы рыцарское посвящение и разойдется повсюду доб­рая о вас слава, тогда, если будет вам угодно, сможете вы вернуться в королевство Лоонуа, и не найдется там никого, кто дерзнул бы вам перечить.

(Детство Тристана. — С. 156)

...И если с божьей помощью удалось бы мне осилить Морхульта, покрыл бы я славой весь свой род и тем паче самого себя на всю свою жизнь... А если не сумею, пусть убьет меня Морхульт, ибо луч­ше пасть от руки столь доблестного и славного рыцаря, чем жить среди этих трусов, больше будет мне в этом чести!

(Морхульт Ирландский. — С. 158)

2. Какое место в рыцарской концепции чести отводилось ры­царскому слову?

И решил он, что попросит ее в жены себе и никому другому, ибо тогда достанется ему прекраснейшая женщина, а ей — прекрасней­ший и славнейший рыцарь на свете. Но потом рассудил, что будет это величайшим вероломством: разве не поклялся он перед стольки­ми добрыми людьми, что привезет Изольду своему дяде? И если не сдержит он своего слова, то будет навеки опозорен. И порешил он, что лучше сберечь свою честь, уступив Изольду королю, чем завла­деть Изольдой и тем навлечь на себя бесчестье.

(Сватовство Короля Марка.— С. 175—176)

3. Как конфликт между честью, понятой как долг перед мо­нархом и верность слову, и служением прекрасной даме запе­чатлевает и разрабатывает «Роман о Тристане и Изольде»?

М., 1974

III. Джеффри Чосер. «Кентерберийские рассказы»



  1. Каково наполнение понятия о чести, запечатленное в первых строках рассказа рыцаря?

Предания давно минувших дней

Нам говорят, что некогда Тезей

Афинами единовластно правил,

Что он себя победами прославил,

Которым равных не было дотоле,

И подчинил своей могучей воле

Немало крупных и богатых стран.

Он покорил и славный женский стан,

Что Скифией когда-то назывался,

С отважной королевой обвенчался,

Прекрасной Ипполитой, и с сестрой

Эмилией повез ее домой.

(Рассказ рыцаря.— С.53)


2. Как оно меняется с развитием сюжета в рассказе ры­царя?

3. Возможно ли в рыцарском романе или героическом эпосе высказывание о том, что страдания человеческого сердца стоят золота целой страны?

4. Возможна ли ссора братьев из-за обладания женщиной в героическом эпосе?


  • Какие законы эпоса этому противятся?

5. Возможно ли насладиться славой, если при этом твой на­род скорбит?
Когда мой упомянутый герой

Стоял почти под городской стеной

В слепящем блеске торжества и славы,

Он увидал, что перед ним заставой

Вдруг вырос ряд одетых в траур дам,

Склонивших головы к его стопам.

«Что означает в праздничный сей миг, —

Спросил Тезей, — ваш исступленный крик?

Ужель из зависти внести отраву

В мою победную хотите славу?

Иль кто-нибудь нанес обиду вам?

Скажите мне, и я ему воздам».

(Рассказ рыцаря. — С. 54)
Тут Паламон, нахмурив бровь, сказал:

«Не много чести обретешь ты в том,

Что станешь предо мною подлецом.

Я брат тебе по крови и обету.

Мы крепкой клятвой подтвердили это,—

Мы поклялись, что коль нас не замучат

И смерть сама навек нас не разлучит,

В делах любви не будешь мне врагом,

Мой милый брат, как и ни в чем другом,

Меня во всем поддержишь ты, любя,

Как и во всем я поддержу тебя.

(Рассказ рыцаря.— С. 59)


...Но так как ты ведь рыцарь, а не вор

И даму порешил добыть в бою,

То завтра же — я слово в том даю —

Тайком от всех я буду в этом месте,

Как рыцарской моей пристойно чести.

(Рассказ рыцаря.— С. 71)

6. Кто допускался к участию в рыцарском турнире?
Поклясться мог бы всякий человек,

Что с той поры, как создан мир, вовек

(Поскольку дело доблести касалось)

На море иль на суше не сбиралось

Героев столько на столь малом месте:

Всяк, кто привержен был к военной чести

И кто себя хотел прославить в мире,

Просился быть участником в турнире.

(Рассказ рыцаря.— С. 83)
7. В каких строках «Кентерберийских рассказов» запечатлено представление о благородстве как о принадлежности к знатно­му роду, запечатленной в семантике слова?

8. В каких рассказах представление о благородстве имеет иное наполнение?


Вы ж потеснитесь. Честь ему и место.

Хотя немногим он меня стройней,

Но не из нашего простого теста.

(Пролог к рассказу о сэре Топасе. — С. 205)

Жил-был на свете сэр Топас,

В турнирах и боях не раз

Участник самый славный.

(Рассказ о сэре Топасе. — С. 206)

Тит Ливий повествует, что когда-то

Жил в Риме рыцарь, знатный и богатый,

По имени Виргиний, у друзей

Любовь снискавший щедростью своей.

(Рассказ врача. — С. 247)

Какою было господу угодно

Меня создать, такой и остаюсь;

Прослыть же совершенной я не тщусь.

Что мне моим создателем дано,

То будет мною употреблено.

(Пролог к рассказу батской ткачихи. — С. 283) Пер. И. Кашкина, О. Румера— М., 1988.
IV. У. Шекспир. «Бесплодные усилия любви»

1. Как понимает славу ренессансный человек? Обратитесь к тексту вступительного монолога короля Фердинанда:

Пусть слава, за которой все стремятся,

В надгробных надписях живет,

Внося в нелепость смерти благовенье.

У времени, у ворона-прожоры

Усильем жизни можем честь купить,

Что острие косы его притупит

И нам в наследство вечность передаст.

А потому, воители, — зову так

Я вас затем, что боретесь с страстями

И с целым полчищем мирских желаний. — Акт I, сце­на 1. - С. 7.


2. Достаточно ли королю слова своих подданных или он стремится взять с них письменное обязательство? Что при та­ком подходе меняется в понимании чести?

Король Фердинанд:

Вы клятву дали, дайте же и подпись,

Чтоб собственной рукой осужден был,

Кто хоть в малейшем пункте погрешит.

Итак, когда готовность в вас видна,

Поставьте здесь свои вы имена. — Акт I, сцена 1.— С. 8.
3. В чем видит разницу между стремлением к славе и тщесла­вием французская принцесса?

4. Какие из ее представлений об истинном достоинстве про­тиворечат кодексу рыцарской чести?

5. С позицией каких персонажей «Кентерберийских расска­зов» Дж.Чосера соотносятся представления персонажей шекс­пировской пьесы?

Принцесса:

Так многие, не может быть сомненья,

Тщеславием ведутся к преступленью.

Желанье славы, суетных наград

Наполнят сердце так, что сам не рад.

И я пролью кровь бедного козла,

Ему нисколько не желая зла.


Бойе: Не то же ли желание, к тому же,

Негодных женщин заставляет мужа

Под башмаком держать?

Принцесса:

Желанье славы — славу и получит

Та, что покорным мужа быть приучит.

С. 48. Пер. Т. Щепкиной-Куперник,— М., 1995.
V. У. Шекспир. «Гамлет, принц Датский»

1. В «Гамлете» столкнутся представления о чести двух разных эпох.



  • Мы узнаем о давнем поединке короля Дании Гам­лета с королем Норвегии Фортинбрасом, проведен­ном по законам чести.

  • Каковы представления о чести принца Гамлета и принца Фортинбраса? Как они относятся друг к дру­гу? Становятся ли врагами из-за давнего конфликта отцов?

В бою осилил храбрый Гамлет наш,

Таким и слывший в просвещенном мире.

Противник пал. Имелся договор,

Скрепленный с соблюденьем правил чести,

Что вместе с жизнью должен Фортинбрас

Оставить победителю и земли,

В обмен на что и с нашей стороны

Пошли в залог обширные владенья,

И ими завладел бы Фортинбрас,

Возьми он верх. — Акт I, сцена 1.— С. 12.


2. Какого эффекта добивается Шекспир, вкладывая рассуж­дения о чести и долге в уста бесчестного, преступного персо­нажа?

На некоторый срок

Обязанность осиротевших близких

Блюсти печаль. Но утверждаться в ней

С закоренелым рвеньем — нечестиво.

Мужчины недостойна эта скорбь... — Акт I, сцена 2.— С. 17.


3. Средневековое отношение к чести требовало соблюдения обычаев предков. Как Гамлет относится к датским обычаям?

Гамлет:


Король не спит и пляшет до упаду,

И пьет, и бражничает до утра.

И чуть осилит новый кубок с рейнским,

Об этом сообщает гром литавр, Как о победе.

Горацио:

Это что ж — обычай? Гамлет:

К несчастью, да — обычай, и такой,

Который следовало бы скорее

Забыть, чем чтить. Такие кутежи,

Расславленные на восток и запад,

Покрыли нас стыдом в чужих краях.

Там наша кличка — пьяницы и свиньи.

И это отнимает, не шутя,

Какую-то существенную мелочь

У наших дел, достоинств и заслуг.

С. 29.


4. На словах и Лаэрт пытается порвать с общепринятыми ус­тоями, но делает ли это его человеком нового времени или он остается носителем средневекового понимания чести?

Лаэрт: Я рву все связи и топчу присягу,

И преданность и верность шлю к чертям.

Возмездьем не пугайте. Верьте слову:

Что тот, что этот свет — мне все равно.

Но, будь что будет, за отца родного

Я отомщу!

С. 118.


Лаэрт: В глубине души,

Где ненависти, собственно, и место,

Я вас прощу. Иное дело честь:

Тут свой закон, и я прощать не вправе,

Пока подобных споров знатоки

Не разберут, могу ли я мириться.

С. 153.

Пер. Б. Пастернака. — М.,1994.


VI. Дж. Мильтон. «Потерянный рай»

Особый интерес разговор о понимании доблести и чести приобретает в пространстве авторской эпической поэмы. В героическом эпосе обязательным требованием к чести и доблести воина было неуклонное служение своему роду и стремление его защитить. Может ли быть честной и доблестной с точки зрения эпической поэмы позиция Сатаны?

Сатана:

И проиграли бой. Что из того?



Не все погибло: сохранен запал

Неукротимой воли, наряду

С безмерной ненавистью, жаждой мстить

И мужеством — не уступать вовек.

А это ль не победа? Ведь у нас

Осталось то, чего не может Он

Ни яростью, ни силой отобрать —

Немеркнущая слава!

С.26.

Мы изгнаны с высот, побеждены,



Низвергнуты, насколько вообще

Возможно разгромить богоподобных

Сынов Небес; но дух, но разум наш

Не сломлены, а мощь вернется вновь,

Хоть славу нашу и былой восторг

Страданья поглотили навсегда.

С.27.

Пер. Арк. Штейнберга. — М., 1982.


VII. Р. Киплинг. «Последняя песня честного Томаса»

1. В чем заключается своеобразие понимания чести и славы персонажа произведения Р. Киплинга?

2. Сопоставима ли его точка зрения с каким-либо из знако­мых вам персонажей?

Что мне в пеших и конных графах твоих,

На что сдались мне твои сыны?

Они, чтобы славу завоевать,

Просить моего изволенья должны.

Я Славу разинутым ртом создаю,

Шлю проворный Позор до скончанья времен,

Чтобы клир на рынках ее возглашал,

Чтобы с псами рыскал по улицам он.
С. 388.

М., 1976.



1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница