А. В. Шаманаев. Письма В. Н. Юргевича об археологических исследованиях



Скачать 403.96 Kb.
страница1/3
Дата19.07.2016
Размер403.96 Kb.
  1   2   3



А. В. Шаманаев. Письма В. Н. Юргевича об археологических исследованиях

А. В. Шаманаев

ПИСЬМА ВИЦЕ-ПРЕЗИДЕНТА ОДЕССКОГО ОБЩЕСТВА ИСТОРИИ И ДРЕВНОСТЕЙ В. Н. ЮРГЕВИЧА ОБ ОРГАНИЗАЦИИ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ ХЕРСОНЕССКОГО ГОРОДИЩА В 1884 г.

В фондах Государственного архива города Севастополя (ГАГС) хранятся документы, характеризующие историю исследований Херсонесского городища Одесским обществом истории и древностей (ООИД) в 1860—1880-х гг.1 Эти материалы представляют большой интерес не только для изучения истории исследований данного памятника, но и для истории российской археологии в целом.

Одесское общество истории и древностей, основанное в 1839 г., внесло значительный вклад в дело изучения и сохранения памятников старины Северного Причерноморья. Согласно уставу ООИД, утвержденному Николаем I, его деятельность должна была служить «разъяснению, по возможности, древней истории Южной России, преимущественно Новороссийского края, посредством археологических исследований»2. Кроме того, Общество имело право производить и контролировать археологические изыскания в этом регионе до 1889 г., когда эта функция в масштабе всей страны была полностью закреплена за Императорской Археологической комиссией (ИАК). В целях сохранения историко-археологических памятников Одесское общество имело возможность принимать их «под свое попечение» или ходатайствовать «о вспомоществовании и содействии где следует»3.


© А. В. Шаманаев, 2007
Деятельность ООИД по изучению и охране древностей Северного Причерноморья традиционно привлекала внимание исследователей. К настоящему времени сложилась значительная по объему и тематическому охвату литература, посвященная этому вопросу. Несколько общих обзоров было подготовлено членами Общества во второй половине XIX — начале XX в. (Ф. К. Брун, В. Н. Юргевич, М. Г. Попруженко, Б. В. Варнеке)4. Юбилейный характер этих очерков предопределил исключительно положительные оценки работы ООИД. В 1920—1950-е гг. история отечественной археологии досоветского периода была темой непопулярной, и только с 1960-х гг. она начинает привлекать внимание исследователей5. В 60—70-е гг. XX в. деятельность ООИД получила краткие оценки в публикациях А. А. Формозова, А. М. Разгона, А. Д. Сте­пан­ского и др.6 Анализ разнообразных аспектов занятий общества на различных этапах его существования был дан участниками конференции, проведенной в 1989 г. в Одессе в связи со 150-летием со дня его основания7. Необходимо отметить, что названные труды, так же как и наиболее фундаментальное на сегодняшний день исследование по истории Одесского общества, включенное в монографию И. В. Тункиной, посвящены в основном периоду до середины XIX в.8 Обобщающих работ по истории российской археологии второй половины XIX — начала XX в. в отечественной научной литературе мало. В основном такие разработки представлены в статьях, посвященных отдельным вопросам, или включены в контекст историографических обзоров широкого хронологического охвата9. Наиболее полно развитие археологических исследований этого времени рассмотрено в работе Г. С. Лебедева, который высоко оценил достижения Одесского общества10.

Среди археологических объектов Северного Причерноморья, оказавшихся в сфере непосредственного внимания членов Одесского общества истории и древностей, особое место занимало Херсонесское городище. Этот уникальный крымский памятник уже в конце XVIII в. привлек внимание российских ученых. С момента своего основания ООИД проявляло повышенный интерес к его изучению и охране11. С 1876 по 1886 г. Общество осуществляло раскопки Херсонеса на средства, выделяемые Синодом (1876—1881) и Министерством народного просвещения12. После 1886 г. руководство раскопками было передано Императорской Археологической комиссии13. Однако специфические обстоятельства отстранения ООИД от участия в раскопках, конфликтная ситуация, вызванная спором за приоритетное право исследования памятника, между председателем ИАК графом А. А. Бобринским и главой Московского археологического общества (МАО) графиней П. С. Уваровой оказали негативное влияние на оценки результатов деятельности ООИД в Херсонесе14.

В основе противостояния ИАК и МАО лежало стремление руководителей каждой из них осуществлять в максимальной степени контроль над исследованиями и охраной памятников археологии в России. П. С. Уварова возглавила Московское археологическое общество после смерти в 1884 г. ее супруга и основателя МАО графа А. С. Уварова. К тому времени общество приобрело авторитет среди ученых и любителей старины, а также в правительственных кругах. Этому способствовали меры, направленные на поддержку провинциальных археологов, и прежде всего археологические съезды, проводившиеся с 1869 г. раз в три года15.

Императорская археологическая комиссия, созданная в 1859 г., была правительственным учреждением, входившим в структуру Министерства императорского двора. А.А. Бобринский был назначен ее председателем в 1886 г. и начал предпринимать решительные меры по реорганизации деятельности ИАК. Ему удалось добиться увеличения расходов на раскопки, расширения штата служащих, усиления прав комиссии по охране памятников. В 1889 г. за ИАК было закреплено исключительное право, выдавать разрешения на раскопки на всех казенных, общественных и крестьянских землях, а также на нее был возложен государственный надзор за охраной и реставрацией памятников старины. Вполне естественно, что А. А. Бобринский опирался на поддержку представителей государственных структур и столичных археологов из числа членов Русского археологического общества16.

Конфликт между МАО и ИАК, приведший в конечном итоге к отстранению Одесского общества от руководства раскопками в Херсонесе, был инициирован П. С. Уваровой. В 1886 г. она обратилась к Александру III с запиской о плачевном состоянии городища и проектом мер по его сохранению17. Однако результатом рассмотрения сложившейся ситуации стало предложение о передаче раскопок под контроль Археологической комиссии, утвержденное императором в июне 1887 г.18 Первоначально речь шла о совместных работах ИАК и ООИД, но уже в 1888 г. комиссия получает право единоличного руководства исследованиями и охраной памятника19.

При таких обстоятельствах историографическая оценка деятельности Одесского общества в Херсонесе оказалась, как представляется, существенно искаженной. Так, А. А. Бобринский, характеризуя работы ООИД в Херсонесе, ограничивается простой констатацией факта проведения раскопок с 1876 по 1885 г., уделяя значительно больше внимания путешественникам конца XVIII — начала XIX в., которые научных раскопок на городище не производили20. Несколько позже, Е. Э. Иванов оценил раскопки ООИД как мало значимые и неквалифицированные, в отличие от деятельности ИАК после 1886 г.21

К. Э. Гриневич в 1927 г., рассматривая историю раскопок Херсонеса за 100 лет, отошел от подобных суждений и охарактеризовал исследования ООИД как имевшие большое значение для изучения памятника22. Однако в настоящее время в работах А. И. Романчук снова дана негативная оценка работам Одесского общества в Херсонесе23. Свою точку зрения она обосновывает преимущественно положениями записки П. С. Уваровой Александру III, однако без учета тех сложных обстоятельств, в которых был создан этот документ.

Развитие интереса к истории археологии в России, а также прошлым исследованиям Херсонеса и его окрестностей приводит к введению в научный оборот новых источников, которые позволяют более полно и объективно оценить труды ученых XIX — начала XX в.

Публикуемая ниже подборка писем В. Н. Юргевича, адресованных служителям монастыря Св. Владимира в Херсонесе, имевшим непосредственное отношение к раскопкам, представляет интерес в различных аспектах. Можно выделить две основных темы, затрагиваемых в документах. Во-первых, письма ярко характеризуют ситуацию, которая сложилась в 1884 г., и особенно взаимоотношения Одесского общества и монастыря. Во-вторых, в них изложены некоторые обстоятельства проведения VI Археологического съезда в Одессе и экскурсии, организованной для его участников, в Херсонесе.

Письма публикуются в соответствии со стилем, орфографией и пунктуацией автора, даты приведены по старому стилю. Все они были написаны в Одессе в период с 3 ноября 1883 г. по 14 ноября 1884 г. Адресатами В. Н. Юргевича были три служителя монастыря — архимандрит о. Пахомий (№ 3—4, 7—11), иеромонах о. Иоанн (№ 1—2, 5), монах о. Дионисий (№ 6). Из 11 документов 5 (№ 2—5, 8) исполнены на официальных бланках Одесского общества, а остальные 6 на обычной бумаге. За исключением письма от 23 марта 1884 г. (№ 5) остальные 10 написаны собственноручно В. Н. Юргевичем и им же подписаны. Документ от 23 марта представляет собой официальное извещение о передаче раскопок в ведение монастыря, имеет подписи В. Н. Юргевича (как вице-президента), а также секретаря ООИД Ф. И. Леонтовича. Можно предположить, что текст выполнен последним. Несколько писем (№ 1, 6—7) имеют рукописные заметки на полях, судя по всему сделанные адресатами, отмечающие даты получения или ответа.

Написание первого письма (№ 1, от 3 ноября 1883 г.) было вызвано тем, что 15 октября 1883 г. скончался вице-президент Одесского общества Николай Никифорович Мурзакевич. Н. Н. Мурзакевич был одним из основателей ООИД (1839), последовательно исполнял обязанности секретаря (1839—1875) и вице-президента (1875—1883). Он имел непосредственное отношение к организации раскопок ООИД в Херсонесе с 1876 г. На пост вице-президента общества был избран автор публикуемых писем Владислав Норбертович Юргевич (1819—1898), который стал действительным членом ООИД в 1859 г., затем был помощником секретаря (1865—1866) и секретарем (1875—1883)24.

Обстоятельства организации раскопок в Херсонесе в 1884 г. представляют интерес для понимания ситуации, сложившейся в 1886 г., в связи с письмом П. С. Уваровой Александру III и последующей передачей памятника под патронаж Императорской Археологической комиссии. Суть проблемы (как следует из официального заключения, представленного императору) может быть сведена к трем основным положениям: 1) отсутствие постоянного контроля со стороны специалистов-археологов за производившимися раскопками и передача исследований под контроль монастыря; 2) регулярное хищение находок рабочими; 3) неэффективность мер по охране памятника25.

Н. Н. Мурзакевич, принявший руководство раскопками Херсонеса в возрасте 70 лет, постоянно проживавший в Одессе и обремененный многочисленными обязанностями вице-президента ООИД, конечно, не мог постоянно лично присутствовать на раскопках. Судя по всему, он осуществлял контроль по мере возможности. В Государственном архиве г. Севастополя сохранилось 7 документов, содержащих указания Н. Н. Мурзакевича по проведению раскопок и предписывавших меры по охране находок и памятника в целом26.
Однако В. Н. Юргевич вынужден был констатировать факт отсутствия документации в бумагах покойного вице-президента и запросить отчетные материалы по раскопкам 1883 г. (письмо 1). Как следует из письма от 24 января 1884 г., соответствующая информация от иеромонаха о. Иоанна, который курировал раскопки на месте, была получена (№ 2) и помещена в «Отчете» ООИД за 1882—1883 гг.

Курьезная, но встречающаяся и в наше время история сопровождала публикацию этих материалов, так как в типографии был потерян план раскопок, копию которого пришлось снова затребовать из монастыря (№ 2). Только 23 февраля 1884 г. В. Н. Юргевич смог выслать отпечатанные планы, уже после отправки экземпляров «Отчета» (письмо 4).

Содержание переписки существенно меняется в начале февраля 1884 г. после публикации в газете «Севастопольский листок» заметки о хищении предметов, найденных при раскопках27. Судя по тексту письма от 7 февраля (№ 3), В. Н. Юргевич получил и письмо автора публикации К. К. Косцюшки-Валюжинича аналогичного содержания. Речь шла о том, что солдаты Черноморской минной роты № 3, привлекавшиеся в качестве рабочих на раскопках, активно похищали и охотно продавали ценные артефакты любителям старины, пользуясь отсутствием контроля со стороны начальства и наблюдателя от монастыря. В конце января — начале февраля, еще до письма К. К. Косцюшки-Валюжинича, об этой ситуации В. Н. Юргевичу сообщил архимандрит Херсонесского монастыря о. Пахомий (№ 3). Сразу же после этого командир роты подполковник Краузе прислал оправдательное письмо в ООИД (№ 3). Однако В. Н. Юргевичем было принято принципиальное решение отказаться от помощи военных в будущем и передать раскопки в непосредственное ведение монастыря с сохранением роли Одесского общества в качестве распорядителя средств и научного куратора исследований (№ 3).

Таким образом, реакция ООИД на ситуацию с хищением находок была немедленной, как только была получена подтвержденная информация.

Из писем от 7 февраля (№ 3) и 23 февраля (№ 4) 1884 г. становятся ясными мотивы, которыми руководствовался вице-президент ООИД, предполагая передать заведование раскопками монастырю. Прежде всего речь шла о том, что представителя монастыря владеют ситуацией, а раскопки проводятся на монастырской земле. Нужно отметить, что после передачи исследований ИАК назначенный на должность заведующего раскопками К. К. Косцюшко-Валюжинич, так же как архимандрит и иеромонахи монастыря не имел специальной археологической подготовки и необходимых навыков.

Окончательное решение о передачи раскопок в ведение монастыря было принято Одесским обществом 15 марта 1884 г. (документ 5), о чем о. Иоанн был официально извещен письмом от 23 марта 1884 г. Одновременно он получил инструкцию, составленную В. Н. Юргевичем, подробно регламентировавшую порядок организации и проведения раскопок, мер по сохранению находок28. В связи с отказом от использования на раскопках солдат Черноморской минной роты о. Иоанном был заключен договор с севастопольским мещанином Севастьяном Фроловым, выступившим в качестве подрядчика для проведения земляных работ. Сохранившийся в Государственном архиве г. Севастополя проект договора подробно регламентирует методику раскопок и их финансовые условия. Проект соглашения с подрядчиком был представлен в ООИД и утвержден Обществом 30 апреля 1884 г.29

Предпринятые меры позволили начать раскопки в мае 1884 г., но в письме от 1 июля 1884 г. В. Н. Юргевич дал указание монаху о. Дионисию, сменившему о. Иоанна, о прекращении работ. Остановка исследований была вызвана финансовыми причинами (письмо № 6) и возобновились они в середине августа, для того, чтобы участники VI Археологического съезда смогли увидеть их результаты во время экскурсии в Херсонес.

В письмах В. Н. Юргевича названы лица, которые осуществляли наблюдение за раскопками: иеромонах о. Иоанн, монах о. Дионисий и капитан Д. С. Григорьев (документы 5—7, 11). Судя по всему, они осуществляли постоянный надзор за рабочими и смогли если не остановить, то существенно сократить практику массового хищения находок. Об этом свидетельствуют как публикуемое письмо от 14 ноября 1884 г. (№ 11), так и сведения из отчета ООИД за 1884 г.30

Вопросы охраны памятника затронуты в трех из публикуемых писем: от 7 февраля, 17 сентября и 17 октября 1884 г. (№ 3, 9 и 10). О содержании первого уже говорилось выше. В письме от 17 октября содержится информация о конфликте, имевшем место после экскурсии VI Археологического съезда. Дело состояло в том, что архимандрит монастыря Св. Владимира о. Пахомий пресек попытку несанкционированных раскопок со стороны московского археолога В. И. Сизова, действовавшего по поручению А. С. Уварова.

Необходимо отметить, что А. С. Уваров был не только главой Московского археологического общества и организатором археологических съездов, но и одним из первых исследователей Херсонесского городища. Его работы 1853 г. привели к открытию Уваровской базилики — самого большого средневекового храма города31.

Судя по всему, А. С. Уваров, не счел нужным согласовать предполагаемые работы с настоятелем монастыря, что и привело к выдворению с монастырской земли его коллеги. Как язвительно отмечает В. Н. Юргевич, конфликт можно было ликвидировать, «выкатив бочки вина из монастырского погреба» (письмо 10). Но поскольку такой шаг не был сделан, то вице-президенту ООИД оставалось надеяться на благородство графа А. С. Уварова, чтобы тот «не вздумал вредить нам» (№ 10). Можно только предполагать, как развернулись бы события, вызванные этим происшествием, поскольку председатель МАО имел влияние не только в археологических, но и во властных кругах. Однако в конце 1884 г. А. С. Уваров скончался. Впрочем, нельзя исключать возможности влияния этих событий на действия его преемницы на посту главы МАО П. С. Уваровой, приведших к отстранению ООИД от раскопок в Херсонесе.

Тема VI Археологического съезда (1884) затронута в письмах В. Н. Юргевича от 3 ноября 1883 г. (№ 1), 1 июля (№ 6), 26 июля (№ 7), 20 августа (№ 8), 17 сентября (№ 9) и 17 октября 1884 г. (№ 10).

Решение о проведении съезда в Одессе было принято на V Археологическом съезде в Тифлисе в 1881 г.32 В декабре 1882 г. в Москве прошли заседания предварительного комитета под председательством А. С. Уварова и Н. Н. Мурзакевича. Непосредственная подготовка съезда осуществлялась распорядительным комитетом при Новороссийском университете в Одессе под руководством профессора Н. П. Кондакова33.

Н. П. Кондаков преподавал в этом университете с 1871 по 1887 г. В 1875 г. он был избран действительным членом ООИД34. Судя по мемуарам ученого, у него сложились весьма прохладные отношения с коллегами35. Возможно, что эти обстоятельства привели к отстранению ООИД от участия в подготовке съезда, о чем с сожалением отмечает В. Н. Юргевич в письме о. Пахомию от 17 сентября (№ 9).

В то же время интерес к херсонесским раскопкам организаторы съезда проявили уже на начальном этапе подготовки этого научного мероприятия. В письме от 3 ноября 1883 г. В. Н. Юргевич сообщил о готовности подготовительного комитета съезда профинансировать исследования в Херсонесе в связи с предполагаемой экскурсией на памятник (№ 1). Так как средства на раскопки были выделены Министерством народного просвещения, предложение не было реализовано.

Несмотря на то, что В. Н. Юргевич не входил в состав распорядительного комитета, он приложил большие усилия для подготовки ко дню открытия съезда (15 августа) новой экспозиции музея Одесского общества. Первое здание музея, построенное в 1842 г., со временем обветшало. Одесский городской голова Г. Г. Моразли, известный как благотворитель и меценат, в 1882 г. пожертвовал 30 тыс. рублей для строительства нового здания. В нем должны были разместить музей и библиотеку Общества, а также городскую публичную библиотеку36. Строительные работы были закончены в 1883 г., но отделку помещений начали только в середине июля 1884 г.37 Как вице-президенту и хранителю музея В. Н. Юргевичу пришлось наблюдать за рабочими и размещением экспонатов, что помешало его желанию побывать в Херсонесе до начала съезда (письма 6—7). Особое внимание он уделил обустройству нумизматической коллекции ООИД (письмо 6), что не было случайным. В феврале 1879 г. из ветхого здания музея Общества были похищены 4 747 монет (27 золотых, 3 210 серебряных, 2 410 медных), из которых удалось вернуть только 1 624 экземпляра38.

Вопрос об организации экскурсии участников съезда в Херсонес не был решен до 19 августа (письмо 8). Наконец, были определены сроки и получено согласие Русского общества пароходства и торговли бесплатно доставить ученых в Севастополь и обратно в Одессу. Как сообщил В. Н. Юргевич настоятелю о. Пахомию, посещение раскопок должно было состояться 1 сентября. Сам он собирался приехать на несколько дней раньше (письмо 8).

Судя по текстам последующих писем, между вице-президентом ООИД и о. Пахомием сложились доброжелательные отношения. Кроме того, последний, вероятно, проявил искренний интерес к археологическим изысканиям в Херсонесе. Письма, датированные 17 сентября, 17 октября и 14 ноября 1884 г., менее официальны по тону. В них упоминается много бытовых подробностей (даже о судьбе бутылки сливок, подаренной В. Н. Юргевичу при отъезде из Севастополя — см. № 9), информация о результатах обработки находок сезона 1884 г. и некоторые рассуждения о вопросах археологии Крыма (№ 9—11).

В письме от 17 сентября 1884 г. (№ 9) изложены любопытные подробности закулисной стороны VI съезда. Без какого-либо сочувствия и даже с некоторой злорадной иронией В. Н. Юргевич сообщает об отмене губернаторского обеда для участников съезда. Причиной этому досадному происшествию послужило то, что председатель ученого комитета Н. П. Кондаков не пригласил генерал-губернатора Новороссийского края Х. Х. Роопа на открытие съезда, чем вызвал гнев высокопоставленного чиновника. В результате гостям пришлось организовывать обед на собственные средства, к тому же они остались недовольными качеством еды и вина (№ 9).

Оценивая общее неблагоприятное для организаторов впечатление иногородних участников съезда, В. Н. Юргевич, сохраняя ехидный тон, высказывает предположение, что причиной тому стал недостаток спиртного. По его словам, это составило разительный контраст с предыдущим V съездом в Тифлисе, где «угощали всех наповал, вина выпили по крайней мере тысяч 20 бутылок» (письмо 9). Этот слух так заинтриговал Владислава Норбертовича, что он повторил его в следующем письме от 17 октября: «в Тифлисе все было прекрасно потому, что всех поили кахетинским до упаду» (письмо 10).

Нужно отметить, что большинство съездов сопровождалось разного рода обедами и приемами. При этом опубликованные протоколы съездов вполне откровенно сообщали о характере таких мероприятий и количестве тостов, поднятых их участниками. В материалах V съезда есть сведения о трех банкетах и одном фуршете (последний, правда, затянулся до часу ночи). Сложно говорить о каком-нибудь безудержном пьянстве участников съезда, особенно если учесть, что первый прием сопровождал его открытие (8 сентября), а последующие пришлись на последний день работы (19 сентября), день закрытия съезда (20 сентября) и следующий за ним (21 сентября)39. Разумеется, способы развлечений участников съезда вне официальной программы в протоколах не учитывались.

Таким образам, письма В. Н. Юргевича представляют интерес не только для истории науки, но и своими бытовыми деталями, ярко характеризующими эпоху.

1. ПИСЬМО ИЕРОМОНАХУ ХЕРСОНЕССКОГО МОНАСТЫРЯ СВ. ВЛАДИМИРА ОТЦУ ИОАННУ ОБ ИТОГАХ РАСКОПОК 1883 г.
И ПЛАНАХ ИССЛЕДОВАНИЙ В 1884 г.

Получено 8 ноября40

Одесса 3 ноября 1883

Высокопреподобный отец Иоанн41,

Нуждаясь в сведениях о раскопках произведенных на суммы Общества в Херсонисе42, для годичнаго Отчета43, честь имею покорнейше просить Ваше Высокопреподобие сообщить мне в непродолжительном по возможности времени на каком пространстве произведены означенныя раскопки, что найдено и какая издержана сумма? В протоколах заседаний Общества помещено только донесение Ваше, что раскопки начаты 4 мая. Других донесений между бумагами покойнаго Вицепрезидента Н. Н. Мурзакевича44 я не нашел. Так <как> Отчет должен быть готов к 14 ноября, то бесконечно обяжете, ускорив Ваш ответ. Общество потеряло весьма много, лишась достойнаго и усерднаго знатока, который все свои силы посвящал для пользы отечественной науки. Трудно мне будет пойти по его следам, но надеюсь, что Бог поможет оправдать доверие Общества, избравшаго меня на его место Вицепрезидента и директора музея45. Летом около 1 сентября, в будущем году буду иметь случай побывать в Херсонисе, куда отправляюсь вследствие предложения, сделаннаго мне Приготовительным комитетом по устройству VI археологическаго съезда, для руководства предполагаемою экскурсиею в Херсонис46. Поэтому весьма было бы желательно, чтобы раскопки наши продолжились и в сентябре, но можно ли найти рабочих в это время года и будут ли у нас деньги? Мы просили Министра Народнаго Просвещения47 давать нам по-прежнему пособие, но до сих пор не получили ответа. Надеюсь, что ответ будет скоро, и ответ желанный. Впрочем, Комитет делал мне предложение, высказав свою готовность назначить сумму на раскопки из суммы, ассигнованной на съезд, так что нужно будет только позаботиться о рабочих.

Поручая себя благосклонному вниманию Вашему, честь имею быть Вашим покорнейшим слугою

В. Юргевич

Адрес ко мне: Его Превосходительству Владиславу Норбертовичу Юргевичу. В университет48.

ГАГС. Ф. 19. Оп. 1. Д. 10. Л. 211—211об. Подлинник

2. ПИСЬМО ИЕРОМОНАХУ ХЕРСОНЕССКОГО МОНАСТЫРЯ СВ. ВЛАДИМИРА ОТЦУ ИОАННУ С ПРОСЬБОЙ О ПРЕДОСТАВЛЕНИИ ПЛАНА РАСКОПОК 1883 г.

Императорское Одесское общество истории и древностей

Января 24 д. 1884 г.

№ 16

Его Преподобию Херсонисскаго монастыря иеромонаху о. Иоанну



Сегодня мне принесли печатный Отчет Общества за 1882—1883 год из типографии, но без плана Херсонисских раскопок, который, говорят, затеряли. Так как в Отчете мы упоминаем о нем, что он прилагается для наглядности, то нельзя выпустить Отчета, ибо все будут интересоваться планом и сочтут отсутствие его большою с нашей стороны небрежностью. Прошу поэтому Вас, почтенный отец, прислать нам новый план, как можно скорее, чтобы не задерживать долго выпуск Отчета.

С нижайшим почтением честь имею быть Вашим покорнейшим слугою



В. Юргевич

ГАГС. Ф. 19. Оп. 1. Д.10. Л. 217. Подлинник


3. ПИСЬМО АРХИМАНДРИТУ ХЕРСОНЕССКОГО МОНАСТЫРЯ СВ. ВЛАДИМИРА ОТЦУ ПАХОМИЮ О ХИЩЕНИИ ВЕЩЕЙ ИЗ РАСКОПОК И ПЕРСПЕКТИВЕ ПЕРЕДАЧИ РАСКОПОК В ВЕДЕНИЕ МОНАСТЫРЯ

Императорское Одесское общество истории и древностей

7 февраля 1884 г.

№ 26

Его Высокопреподобию отцу Пахомию49, Архимандриту Херсонисскаго Св. Владимира монастыря



Ваше Высокопреподобие Достопочтенный отец Архимандрит

Грустнаго положения наших Херсонисских раскопок нельзя не принимать к сердцу. Странно только, что мы так долго о нем не знали, и не знали бы еще и теперь, если бы Вы не приложили к Отчету о. Иоанна Вашей записочки. Полученное мною затем письмо от подполковника Краузе50, писанное как бы в оправдание себя и в обвинение других, и присланные шесть вещиц как будто бы в истину(?)51 указали, где гнездится зло, и заставили думать о средствах к его исправлению. Я доложил Обществу, что нужно принять меры и ответил на первых порах г<осподину> Краузе, что ближайший надзор за солдатами лежит на их командире, но, обратившись за советом к Вам и получив Ваше почтенное письмо, я увидел, что нам не приходится иметь дело с военною командою. Вчера принесли мне с почты письмо редактора Севастопольскаго справочнаго листка52 г<осподина> Косцюшки53, подтверждающее все Вами сказанное, с указанием весьма ценных монет и вещей, которыя разошлись в прошлом году по рукам промышленников и любителей54. Спасибо ему за то, что мы хоть знаем, что было найдено, и в будущем нашем Отчете помянем хищников чужаго добра. Я не вытерпел и сей час написал письмо к Краузе, уведомляя его, что Общество не намерено дальше производить раскопок с помощью наемных солдат, порешив распорядиться иначе и принять нужные меры для достижения лучших результатов. Конечно, я при этом думал о передаче раскопок в ведение Херсонисскаго монастыря, т. е. Ваше и о. Иоанна, с соблюдением тех мер, которыя Вы указали в Вашем письме. Я нахожу их вполне целесообразными и надеюсь, что будут приняты Обществом, которому я доложу Ваше письмо в первом заседании пред 15 февраля, если немного оправлюсь от болезни. После заседания пришлю уже отцу Иоанну официальную инструкцию55. Посылаю вместе с тем Вашему Высокопреподобию отчет Общества за 1882—1883 год, но без плана раскопок, который затеряла типография и тем задержала почти на месяц разсылку Отчета56. Один экземпляр благоволите вручить о. Иоанну. Прилагаю три протокола последних заседаний для просмотра от скуки.

Примите уверение, достопочтенный отец архимандрит в моем уважении и преданности.

Ваш покорнейший слуга В. Юргевич, вице-президент Общества.

ГАГС. Ф. 19. Оп. 1. Д.10. Л. 220—220об. Подлинник

4. ПИСЬМО АРХИМАНДРИТУ ХЕРСОНЕССКОГО МОНАСТЫРЯ СВ. ВЛАДИМИРА ОТЦУ ПАХОМИЮ О ПЛАНАХ ПЕРЕДАЧИ РАСКОПОК В ВЕДЕНИЕ МОНАСТЫРЯ

Императорское Одесское общество истории и древностей

23 февраля, 1884

Его Высокопреподобию,
Архимандриту Херсонисскаго Св. Владимира монастыря о. Пахомию

Ваше Высокпреподобие Достопочтенный отец Архимандрит

В письме моем, писанном к Вам 5 февраля57, говоря о намернии передать Херсонисския раскопки в ведение монастыря Св. Владимира, что мне казалось необходимым и для пользы науки и для пользы самаго монастыря и для приращения музея Общества, я не имел в виду обременять Вас при Ваших многоразличных занятиях ни надзором за производством работ, который, очевидно, останется за о. Иоанном, ни руководством означенными работами в отношении археологическом, которое придется взять на себя Обществу, совместно с отцом Иоанном, по имеющемуся плану; но, давая такой ход делу, нельзя обойтись без Вашего согласия как хозяина монастыря, где все должно исходить из Вашего авторитета и делаться под Вашим оком. При том же и косвенное Ваше участие одним советом и указанием принесет делу великую пользу, так как Вы в письме Вашем ко мне заявили, что Вам хорошо известны причины наших неудач, и сообщили меры, которыя желательно было бы принять на будущее время. Поэтому позвольте мне остаться при прежнем моем намерении — что раскопки будут переданы в ведение монастыря, с тем что каждый раз будет дана Обществом инструкция о. Иоанну, под котораго надзором оне останутся по-прежнему, что монастырь будет нанимать от себя известное число рабочих на отпускаемые Обществом суммы и проч. Болезнь не позволяет мне сделать заседания, но как только оправлюсь и собиремся, напишу к Вам и отцу Иоанну официально. Прилагаю при сем два печатных плана прошлогодних раскопок к высланным уже двум экземплярам отчета.

Примите, достопочтеннейший отец Архимандрит, уверения в моем глубоком уважении с которым честь имею быть Вашим покорнейшим слугою.



В. Юргевич, вице-президент Общества

ГАГС. Ф. 19. Оп. 1. Д. 10. Л. 221—221об. Подлинник

5. ПИСЬМО ИЕРОМОНАХУ ХЕРСОНЕССКОГО МОНАСТЫРЯ СВ. ВЛАДИМИРА ОТЦУ ИОАННУ О ПЕРЕДАЧЕ РАСКОПОК В ВЕДЕНИЕ МОНАСТЫРЯ

Императорское Одесское общество истории и древностей

Марта 23 дня 1884 г.

№ 129


Его преподобию Иеромонаху Херсонисскаго Монастыря о. Иоанну

Вследствие своего определения, состоявшагося в заседании 15 сего марта, Общество, передавая Херсонисския раскопки в ведение монастыря Св. Владимира, имеет честь покорнейше просить Вас принять главное ими заведывание как по хозяйственной, так равно и по технической части, сообращаясь с препровождаемою при сем инструкциею58. Вместе с сим Общество уведомляет, что, считая необходимым употребить все возможныя меры для предотвращения утайки находимых вещей рабочими59, оно, независимо от усиления надзора со стороны монастыря, обратилось к попечителю учебнаго Округа с просьбою оказать Обществу содействие привлечением для наблюдения за рабочими однаго из лиц учебнаго ведомства, живущих в Севастополе60. Такое наблюдение облегчит Ваш труд, который стал теперь гораздо многосложнее чем прежде. Прося, однако ж, Вас принять его на себя, Общество питает полную надежду, что дело пойдет лучше и над нами не будут насмехаться явно севастопольские любители, которые называют покупкою наших вещей, украденных рабочими, сбережением Херсонисских древностей.

О сделанных Вами распоряжениях и о времени, когда приступите к раскопкам благоволите уведомить Общество

Вице-президент В. Юргевич

Секретарь

ГАГС. Ф. 19. Оп. 1. Д.10. Л. 225—225об., 22861. Подлинник


6. ПИСЬМО МОНАХУ ХЕРСОНЕССКОГО МОНАСТЫРЯ СВ. ВЛАДИМИРА ОТЦУ ДИОНИСИЮ
О ПРИОСТАНОВКЕ РАСКОПОК

Получено 6 июля по вход. № 3

16-го июля послана Ведомость о суммах и План с ответом на письмо.62

Одесса 1 июля

1884

Ваше преподобие, отец Дионисий63



Финансовые соображения заставляют Общество прекратить раскопки, производимыя в Херсонисе, на некоторое время, оттого покорнейше прошу Вас расплатиться с подрядчиком и г. Григорьевым, обязав перваго возобновить работы через месяц, т. е. в начале августа, а втораго принять на себя опять по истечении упомянутаго срока надзор за рабочими. Донесение Ваше и г. Григорьева я получил. В Севастополь отправляюсь на днях, но не могу определить в точности, когда, потому что меня могут задержать разныя дела по поводу устройства нашего музея. Ранее 6-го или 7-го числа, кажется, нельзя и думать о поездке, так как придется приготовить музей к окраске и побелке, а затем отделать хоть минц-кабинет для того, чтобы наше собрание монет находилось в безопасном месте. Хотелось бы мне поскорее посмотреть наши Херсонеския находки, но надо иметь терпение. Прошу засвидетельствовать Отцу Архимандриту мой нижайший поклон.

Ваш покорнейший слуга



В. Юргевич, вице-президент Общества

ГАГС. Ф. 19. Оп. 1. Д. 10. Л. 232—232 об. Подлинник


7. ПИСЬМО АРХИМАНДРИТУ ХЕРСОНЕССКОГО МОНАСТЫРЯ СВ. ВЛАДИМИРА ОТЦУ ПАХОМИЮ О ВОЗОБНОВЛЕНИИ РАСКОПОК В АВГУСТЕ 1884 г.

Получ. 30 июля по вход. № 4

Ответ послан 31 июля и посылка с вещами за № 6464

26 июля 1884 г.

Ваше Высокопреподобие

Достопочтеннейший отец Архимандрит

Собирался целый месяц повидаться с Вами, а кажется, не удастся раньше сентября, когда придется отправиться в экскурсию. Только к 1-му августа будет окончена окраска и побелка нашего музея, а затем к 15 должно быть все размещено и уставлено, как следует для съезда. На раскопки в Херсонисе, которыя возобновятся в первых числах августа, деньги четыреста рублей, высланные на Ваше имя, вероятно, уже получили. В запасе у нас осталось только сто рублей. Мне кажеться, что всей этой суммы будет достаточно на предстоящие издержки до 10 сентября, но для того, чтобы мы случайно не передержали лишнее, не мешало бы о. Дионисию сделать примерное расчисление, сколько придется платить за это время, предполагая то же самое число рабочих, и если окажется недостача, сократить издержки, уменьшая это число. Найденныя монеты и вещи пусть перешлет в Одессу для представления Обществу в заседании, которое я намерен назначить в начале августа. Любопытно будет и съезду увидеть наши находки. Затем рассортируем и отошлем то, что имеет значение для монастырскаго музея. Недавно обращался ко мне секретарь распорядительнаго комитета съезда Брун65 с заявлением желания комитета снять план Херсонисских раскопок, каковой труд обещал исполнить архитектор Авдеев. Я ответил, что снятие плана во время производства раскопок я нахожу неудобным, да и нет надобности в новом плане, тогда как в монастыре имеется весьма хорошо составленный план всех прежних раскопок с 1883 года и комитет может обратиться в Общество с просьбою предъявить оный съезду. Вчера прощались мы с греческим архимандритом который назначен епископом, на торжественном обеде, данном нашим Городским Головою Г. Г. Маразли66. Был преосвященный Никанор67 и его Викарий, Градоначальник, князь Манвелов, товарищ Городскаго Головы Витте и др. Рапорты г. Григорьева и о. Дионисия получил все. Спасибо Григорьеву за добросовестное исполнение возложенной на него обязанности. Доброе слово о. Дионисию.

Примите достопочтеннейший о. Архимандрит уверение в высоком уважении и преданности .

Ваш покорнейший слуга В. Юргевич



Каталог: dais -> articles
articles -> А. А. Сафронов первая всеобщая перепись населения россии 1897 г.: Разработка данных о грамотности, их информационный потенциал и достоверность
articles -> А. М. Сафронова, А. А. Сафронов. Описания путешествий в библиотеке Татищева
articles -> А. В. Шаманаев. Охрана культурного наследия в «Записках ооид»
articles -> М. А. Фельдман. Трудовой коллектив Уралмашзавода в 30-е гг. XX в
articles -> В. Н. Мамяченков. Материальное положение инвалидов войны
articles -> О. А. Мельчакова Н. Н. Демидов и его «железные караваны»: роль заводовладельца в организации транспортировки заводской продукции организация перевозки продукции Нижнетагильских заводов Демидовых к основным рынкам сбыт
articles -> А. Н. Торопов. Система управления заводским хозяйством Яковлевых
articles -> А. Ю. Ануфриева. Архив князя Воронцова: история и состав публикации
articles -> А. Л. Меньшикова. Мемуары об обучении крестьянских детей в XVIII в
articles -> А. А. Бакшаев гороблагодатский горный округ


Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3


База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница