А. Берзин Отрывок из книги «Опора на духовного учителя» Исправление термина «преданность»




Скачать 49.62 Kb.
Дата20.03.2016
Размер49.62 Kb.
А.Берзин

Отрывок из книги «Опора на духовного учителя»
Исправление термина «преданность»

Тибетский термин тэнпа (bsten-pa) суммирует здоровые взаимоотношения с духовным наставником. Обычный английский перевод – это «преданность» (devotion), здесь термин guru-devotion, однако, несет в себе уводящие в ложном направлении оттенки значения. Он сочетает картину преданного слуги или преданного приверженца Бога или культа. Также он подразумевает сочетание эмоционального жара и бездумного послушания.

Однако тэнпа – это глагол, который значит сближаться с кем-то мыслями и действиями и опираться на этого человека с доверием. Он не подразумевает сближение с шарлатаном или негодяем или невротической опоры на кого-нибудь, даже если этот человек компетентен помочь нам.

Вера в благие качества и уважение

Вера в тот факт, что наш наставник имеет благие качества, с «очищением мозгов», основываясь на обосновании, и с вдохновением, естественно ведет к принципиально важной умственной деятельности, предназначенной для этой фазы медитации о гуру. Эта активность состоит в том, чтобы сосредоточиться на качествах своего наставника с твердой убежденностью (мёпа, mos-pa) в том, что это факт. Давайте посмотрим более глубоко на данный технический термин. Он появляется как первый из компонентов тибетского словосочетания мёгу (mos-gus)1, - главный подход или чувство, которое требуется мыслям человека в отношении к духовному наставнику в здоровом варианте.

Васубандху определил мёпа как умственное действие понимания объекта сосредоточения как имеющего благие качества. Под благим качеством он имеет в виду, что объект достаточно интересен для того, чтобы человек хотел оставаться в сосредоточении на нем. Как общее умственное действие оно сопровождает сосредоточение на чем бы то ни было и его сила может варьироваться от сильной до слабой. Так, умственное действие соответствует проявлению интереса к объекту во время сосредоточения на нем.

С другой стороны, Асанга интерпретировал благие качества в своем определении как «истинные». Таким образом, он ограничил масштабы мёпа и объяснил его как умственное действие, которое происходит в то время, когда мы верим в факт относительно объекта сосредоточения. Так, Асанга трактовал твердую убежденность в чем-то как умственное действие, которое фокусируется на факте, достоверно установленном как такой или не-такой. Его функция состоит в том, чтобы сделать веру человека настолько твердой, что аргументы или мнения других не смогут его поколебать. Шантидева добавил, что твердая убежденность в факте вырастает из долгосрочного знакомства с последствиями, которые постоянно из него вытекают.

Итак, твердая убежденность в факте не происходит из слепой веры. Она требует достоверного познания. В своем «Дополнении к Срединному пути»2 Чандракирти привел три критерия для подтверждения достоверности познания факта.


  1. По соответствующей условленности должно приниматься, что данный факт - то, чем он является по нашему мнению. А именно, здесь качества наставника, на которых мы сосредоточиваемся, должны быть теми, с которыми согласуется буддийская литература как с необходимыми качествами духовных наставников. Если люди бизнеса понимают их как такие ценные качества, которыми учители должны обладать того, чтобы привлекать большие аудитории, – например, что они должны быть занимательными и умелыми в деле отпускания хороших шуток, их представления не устанавливают достоверности нашего понимания положительных качеств. Обычаи людей, заинтересованных в славе и выгоде, не соответствуют нашему случаю.

  2. Сознание, достоверно познающее условный феномен, на котором оно сосредоточивается, не должно противоречить тому, что мы считаем истиной относительно этого факта. Предположим, что объективные люди, которые хорошо нас знают, правильно видят, что определенное качество одного из наших учителей, такое как авторитарность и феодальная манера, оказывает на нас отрицательный эффект. Их достоверное восприятие опровергнет наше представление о том, что данное свойство – это уверенность в себе, и нашей веры в том, что это качество - положительно.

  3. Сознание, достоверно познающее глубочайший способ существования вещей, также не должно противоречить тому, что человек считает истинным. Рассмотрение способностей наших наставников самосущими, как если бы каждый из наших учителей был всемогущим Господом, - это неистинное познание. Сознание, которое правильно видит, как существуют вещи, знает, что благие качества не существуют таким образом. Благие качества возникают через поведенческие причины-результаты, благодаря исправлению недостатков.


Признание доброты наставника
После сосредоточения на реальных благих качествах своего наставника с твердой убежденностью в том, что это – факт, медитация о гуру уровня сутры продолжает путем умственного действия «признательности» (гупа, gus-pa). Как вторая часть в словосочетании мёгу признательность требует сосредоточения с продолженным памятованием доброты нашего наставника, например его доброты в обучении нас методам для преодоления наших страданий. Признательность за эту доброту, по Васубандху, означает рассмотрение ее с чувством, что ты ею дорожишь, – другими словами, это уважение ее с чувством благоговения. Еше Гьелцэн расширил данное значение: это умственное действие также вызывает отношение любви и признательности за их доброту. Как в случае с верой в факт, признание чьей-то доброты свободно от омрачающих эмоций и подходов, таких как гордость, пристрастие или чувство вины, что мы не заслуживаем их доброту.

Итак, высокая оценка доброты нашего наставника содержит в себе положительный эмоциональный аспект в отношении к ней. Признание приводит к переживанию в самой глубине нашего сердца глубочайшего уважения и интенсивной любви к нашему наставнику за его доброту. «Любовь» здесь не несет обычного буддийского значения пожелания кому-то счастья. Также она не подразумевает и переживания страсти. Скорее, любовь к наставнику – это сердечное теплое чувство, возвышающее, безмятежно радостное переживание, которое человек испытывает по отношению к кому-то, основываясь на восхищении и уважении. Также она не раздувает качества доброты наставника и не возбуждает ум ученика.



Например, в медитации о гуру мы можем думать о благом качестве нашего наставника - неэгоистичной щедрости в помощи нам, лишь ради того, чтобы мы стали счастливее. Твердо убедившись в этом факте, мы сосредоточиваемся на неэгоистичной доброте гуру в обучении нас с такой мотивацией. Благодарность, уважение и любовь пропитывают ту высокую оценку, которую мы чувствуем. Тибетские тексты описывают это чувство как настолько интенсивное, что оно заставляет волоски встать дыбом на нашем теле.
Васубандху отмечал, что это признательность кому-то за его доброту не означает обязательно приязнь или нахождение удовольствия в данном человеке. Мы можем высоко оценивать доброту духовного наставника кого-то другого, но не очень симпатизировать этому учителю или испытывать удовольствие от его или ее компании. В случае с нашими собственными наставниками, однако, мы и высоко оцениваем их, и находим в них радость. Иметь к кому-то приязнь как к духовному наставнику подразумевает не только веру в то, что этот человек обладает благими качествами, которые он или она имеет в действительности, но также обоснованную веру, что этот человек является правильным наставником для нас.

1 «почтительное уважение» – - прим. Ред.

2 См. русский перевод: - прим. Ред.





База данных защищена авторским правом ©uverenniy.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница